Часовня в честь Святого духа

От дома Есениных хорошо видно все село: напротив избы — белоснежная константиновская красавица-церковь Казанской Иконы Божией Матери, чуть поодаль— просторное здание земской школы, а рядом, на лужайке, каменная часовня с белоснежным куполом. Большая, белая, она стоит на пересечении широких улиц, около проезжей сельской дороги.

Эта часовня была построена в конце девятнадцатого века на деньги отходников, т. е. константиновских крестьян, занимавшихся отхожим промыслом. Назвали ее во имя Святого Духа и открывали во время крестного хода. «В Духов день, на второй день после Троицы, вспоминает старожил села Евгения Федоровна Поликарпова, — мы совершали от этой часовни крестный ход. Женщины и дети несли иконы, а мужчины впереди несли хоругви. С ними шли батюшка, дьякон, и мы проходили через часовню, а потом проходили мимо кладбища по полю и снова возвращались к часовне и церкви. Когда кого-нибудь хоронили, то покойника заносили в эту часовню, свечи зажигали, и батюшка читал молитву».

Старожилы села вспоминают также, что внутри часовни было светло и красиво: висела икона и черный, обшитый бахромой покров для покойника, не имевший никаких украшений. Он служил для отпевания утопленников или людей, умерших от заразных болезней, которых в церковь вносить запрещалось, а использовать для них общий церковный инвентарь был опасно, поскольку он мог способствовать распространению болезни. «В годы гражданской войны в селе свирепствовали тиф и холера, — пишет А. А. Есенина в книге «Родное и близкое». — В редком доме не было больных. Люди не ходили туда, где кто-нибудь болел, умерших в церковь не вносили, а отпевали в часовне, при закрытых гробах. Мать наша не думала в то время о себе, она навещала больных и помогала, чем могла. Для больных у нее всегда находилось сладкое или кисленькое. Кому даст варенья, кому клюквы, кому сдобный сухарь. Все это она берегла «на всякий случай». Для больных она ничего не жалела. И удивительно, как будто за ее доброту, нас минула беда: в нашей семье никто не заболел в те годы».

Как только начинал таять снег, обнажая константиновские бугры, местные ребятишки выбегали на сельскую площадь. И здесь, «около большой часовни, — пишет А. А. Есенина. — на улице против церкви с ранней весны до поздней осени играли в бабки». Клавдия Дмитриевна Титова рассказывает: «Перед войной мы около часовни часто собирались и играли. Интересно было посмотреть в окошки, и мы становились друг другу на спину. Только заглянешь внутрь, как вдруг кто-нибудь как крикнет: «Мертвец!», и мы кубарем вниз и разбегаемся в разные стороны». Простояла эта часовня до Великой Отечественной войны, в сороковые годы ее уже не было, лишь кое-какие камни лежали, а потом и их растащили по домам».

Закладка камня в основание часовни, интерьер и освящение Креста на купол часовни

Теперь константиновская часовня воссоздана на средства Администрации Ямало-Ненецкого автономного округа как дар его жителей рязанской земле, родившей великого поэта-гуманиста, чья лирика — неиссякаемый источник любви, красоты, человечности и милосердия. Поэзия Есенина — это призыв любить и охранять беззащитную красоту природы, мир и справедливость на земле, бережно относиться к бесценной сокровищнице народной культуры.

Освящение часовни Митрополитом Рязанским и Михайловским Павлом

Освящение часовни Митрополитом Рязанским и Михайловским Павлом

Отрадное чувство возвращения утраченного, гордости, уверенности в силе и мощи родной страны и живущих рядом с тобой людей испытываешь, глядя на восстановленную часовню, расположенную возле родного дома великого русского поэта, откуда «отроком светлым» вышел он в этот мир исповедаться людям в большой и неподдельной любви к ним и Отечеству.

Запели тесаные дроги,
Бегут равнины и кусты.
Опять часовни на дороге
И поминальные кресты.

Опять я теплой грустью болен
От овсяного ветерка.
И на известку колоколен
Невольно крестится рука.

О Русь — малиновое поле
И синь, упавшая в реку, —
Люблю до радости и боли
Твою озерную тоску.

Холодной скорби не измерить,
Ты на туманном берегу.
Но не любить тебя, не верить —
Я научиться не могу.

И не отдам я эти цепи,
И не расстанусь с долгим сном,
Когда звенят родные степи
Молитвословным ковылем.

Л. Архипова, главный хранитель
Государственного музея-заповедника С. А. Есенина.

Наверх Наверх